Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+12°
Boom metrics
Политика13 мая 2022 19:58

Первыми воскресают доброта и человечность. Как Мариуполь оживает после бойни

Спецкор КП увидел, как российские спасатели пришли на помощь истерзанному городу: МЧС поит водой мариупольцев, разбирает завалы и разминирует дома
Работа сотрудников МЧС в освобожденном Мариуполе.

Работа сотрудников МЧС в освобожденном Мариуполе.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Запах смерти

Улица Таганрогская опоясывает Мариуполь по границе, за ней начинаются поля и пригородные поселки. В микрорайоне «Восточный», все дома с внешней стороны кварталов разбиты и истерзаны. Несколько девятиэтажек выглядят как буквы «П» - целые секции подъездов обрушились, но перекрытия крыши почему-то уцелели. Именно здесь, почти месяц держали оборону ВСУ-шники и «азовцы». По странному совпадению, микрорайон «Восточный» штурмовал мой батальон «Восток». За месяц он прошел всего несколько сотен метров – от цехов и гигантских баков маслобойни до первых девятиэтажек. Кажется, что совсем немного. Но, расчет был верным, эти несчастные дома и были ключом, «замковым камнем» обороны всего микрорайона, когда нацистов из них выбили, они не стали задерживаться здесь и откатились к «Азовстали». Примерно 80% многоэтажек уцелело, в большинстве домов даже остались стекла. Но, все равно, сейчас над улицей Таганрогской висит сладковатый запах смерти, он чувствуется, даже когда просто проезжаешь мимо на машине. Под завалами и в подвалах остались десятки, может быть сотни погибших: мирных жителей и нацистов. Сейчас на развалинах работает отряд МЧС из Тульской области. Битый бетон грузят в карьерные грузовики и вывозят на специальную площадку.

Микрорайон Восточный серьезно пострадал в ходе боевых действий.

Микрорайон Восточный серьезно пострадал в ходе боевых действий.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Начальник Тульского спасательного центра МЧС полковник Евгений Орлов, объясняет тонкости разборки развалин:

- Сначала дом обследовала инженерная разведка, определила, что можно убирать, как убирать, чтобы не было дальнейшего обрушения.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Мы стоим под фасадом дома, который со стороны напоминает торт из которого вырезали сегмент - целую секцию квартир. С Азовского моря задувает ветер и треплет детские куртки – они до сих пор висят на вешалке в бывшей квартире на девятом этаже. Стены обрушились, а куртки остались и это не укладывается в голове. Входные двери целые и закрыты, кое-где стоит мебель и хлопают сорванные полотнища обоев. Как сообщили соседи, под завалами в этом доме должны быть останки трех человек, известен подъезд и этаж. Поэтому работу крана контролирует спасатель. Я спрашиваю у полковника, конечно, самое важное:

- Можете дать предварительную оценку: этот дом под снос или получится восстановить?

На последнем этаже ветер треплет детские куртки.

На последнем этаже ветер треплет детские куртки.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Полковник вздыхает:

- Конечно, комиссия будет решать, но я предположу, что часть дома, несколько подъездов, удастся сохранить и восстановить.

Тульский отряд спасателей работает здесь уже третью неделю. Уже удалось извлечь и передать для захоронения тела 25 горожан и многие сотни боеприпасов.

Под завалами и в подвалах домов лежат десятки, а, может быть, и сотни погибших.

Под завалами и в подвалах домов лежат десятки, а, может быть, и сотни погибших.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

«Привыкли без света»

У отрядов МЧС есть еще и гуманитарная миссия. Например, для мариупольцев устраивают бани – люди не мылись толком несколько месяцев, а вода в этом городе – самое дорогое. Возле девятиэтажки, где 17 дней просидела в полном окружении штурмовая группа бойцов «Востока», стоит цистерна с водой и местные тянутся к ней реденькой, но бесконечной цепочкой. Чуть дальше, за школой без окон, на детской площадке раскинулось что-то похожее на ярмарку или вече. Дети качаются на качелях, взрослые греются на солнышке. Молотит генератор и на зарядке стоит больше сотни телефонов и планшетов. Мужчина, назвавшийся Алексеем, стрижет машинкой собачонку по имени Дуся, говорит:

- Грязная стала в подвале, как свинья, спасибо ребятам из МЧС, сейчас приведем ее в порядок.

С электричеством в истерзанном городе беда, поэтому к генераторам тут же стекается народ.

С электричеством в истерзанном городе беда, поэтому к генераторам тут же стекается народ.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Рядом, на краю песочницы, сидят Ирина и Дмитрий. Ждут, когда в город дадут электричество, по городу уже бродят слухи, что «вот-вот», хотя, саперы ДНР только на днях закончили разминирования линий электропередач:

- Привыкли без света, конечно, - говорит мне Ирина, - на шашлыки без хлеба уже смотреть не можем, на жареное мясо. А что еще на костре приготовишь?

Необходимое пояснение – когда отключили электричество в начале марта, супермаркеты начали раздавать свои запасы из морозильников. Где-то люди брали сами, грех их осуждать за это. Весна была ледяная, поэтому мороженое мясо спокойно хранилось почти два месяца и для многих это оказалось спасением от голода.

Дом у моих собеседников уцелел, пострадало лишь несколько квартир на верхних этажах. Но, по мнению специалистов, это не проблема. Стены отмываются, меняется проводка и трубы – за неделю можно управиться.

Отряд МЧС отработал уже восемь участков, когда закончатся работы, не знает никто. Возможно, не раньше осени.

Тульские спасатели в одном из дворов Мариуполя.

Тульские спасатели в одном из дворов Мариуполя.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Даты окончания работ никто не называет. Для восстановления Мариуполя предстоит серьезно потрудиться.

Даты окончания работ никто не называет. Для восстановления Мариуполя предстоит серьезно потрудиться.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Эхо военных дней

Стоим с саперами под стеной дома – на земле выложена, как они говорят – «икебана». Это найденные в развалинах и домах боеприпасы. Остатки оружейных складов ВСУ и нацбатов. Просто, залетевшие в дома и несработавшие снаряды и мины. Самая стандартная просьба местных: «Помогите! У нас на лестнице, возле мусоропровода, лежит снаряд». Стандартный ответ: «Не трогайте, скоро приедем».

Тульский отряд спасателей работает в Мариуполе уже третью неделю.

Тульский отряд спасателей работает в Мариуполе уже третью неделю.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Неофициально, спрашиваю одного из саперов:

- Домашние как тебя сюда отпустили?

Он смеется:

- У меня сейчас два брата воюют под Изюмом, добровольцы!

Командир группы саперов, Андрей Плоских, работал на разминировании в Карабахе. Отличие есть – там, большинство взрывоопасных предметов, это снаряды от реактивной артиллерии. Здесь – свои особенности:

- Встречаются иностранные боеприпасы. В них много электроники, а информации по ним мало, интернет в помощь. Попадались боеприпасы от американского гранатомета, гранаты ВОГ болгарского производства. Ручные гранаты иностранные. Опасны советские боеприпасы из тех, что сняты уже с вооружения.Встречаются и растяжки, заставляют потрудиться, - дипломатично замечает Андрей:

- Очень плотное минирование, не только территорий, но и объектов – зданий, даже школ! То есть, обороняющиеся здесь минировали все подряд. Ну а так, обычный набор боеприпасов для городского боя – гранаты от ручных и станковых гранатометов, мины и снаряды.

Начальник спасательной группы проведения пиротехнических и взрывных работ капитан МЧС Андрей Плоских: "Обороняющиеся здесь минировали все подряд".

Начальник спасательной группы проведения пиротехнических и взрывных работ капитан МЧС Андрей Плоских: "Обороняющиеся здесь минировали все подряд".

Фото: Дмитрий СТЕШИН

По словам сапера, в день они получают от местных жителей от 30 до 50 обращений. Сам видел стайку бабушек, а в центре МЧС-ник, быстро записывающий в блокнот адреса для группы разминирования.

В день саперы МЧС получают от местных жителей до полусотни обращений.

В день саперы МЧС получают от местных жителей до полусотни обращений.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Как к нашим спасателям относятся люди? Вопрос важный. В самом начале специальной операции, конкретно – 25 февраля, все власти Мариуполя сбежали из города. Все. Больше, до подхода наших, эти люди были никому не нужны, а наоборот – путались под ногами, просились, чтобы их выпустили из подвалов или наоборот, запустили в квартиры, в дома, которые «Азов» подготовил к обороне. Просили воды, еды, не стрелять из их двора… «Захистники Мариуполя» на практике, считали этих людей «сепарами», которые «наголосовали на референдуме «русский мир», теперь его жрите!». Я цитирую дословно рассказ жительницы города. И город «захистники», конечно, не пожалели. А когда их выгнали, сразу же на помощь пришла Россия. Один из спасателей рассказал мне любопытную историю:

- Мы забрали не сработавшую минометную мину из огорода одной старушки, а она нам вынесла банку маленьких маринованных помидорок. Пыльная такая банка, и все помидорки – одна к одной. А я вижу по ее глазам, понимаю – это у бабушки последняя банка. И не взять не могу!

- Как выкрутился?

Спасатель смеется:

- «Поменял» на два «мчсовских» пайка с саморазогревателями, показал, как они работают, конечно. Понимаешь, мы для них – Россия, которая пришла помогать и спасать. Они так нас видят.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Собрать останки и не открывать гроб»: как мертвый город Ясиноватая разучился чувствовать боль

Уже месяц город-спутник Донецка с утра до ночи избивает украинская артиллерия. Местные спят в ваннах и бегают в магазины между обстрелами. Спецкор Kp.ru Дмитрий Стешин поработал в Ясиноватой всего один день и понял: сдаваться тут никто не собирается (подробнее)

Украина успела украсть станки с «Азовстали», а нацистов бросила на убой, чтоб сделать «героями»

«Азовцы» говорят ополченцам, что их в бункерах осталось 2227. А еды — на неделю (подробнее)

«Воюем против той же самой сволочи и за то же самое»: Как День Победы стал для Мариуполя Днем Надежды

Спецкор kp.ru Дмитрий Стешин провел 9 мая в многострадальном городе вместе с его жителями (подробнее)